chatski (chatski) wrote,
chatski
chatski

Осенебри

Наступило время года, которое, согласно классику, надо не скорбя благословить. Я, правда, еще до того, как классик нам это написал, любил раннюю осень. А сейчас особенно - наверно, потому, что она уже рифмуется с возрастом.

В Мюнхене, правда, мне ее постоянно мешает любить обрушивающийся на нас ежегодный кошмар. Вчера мне надо было ненадолго поехать на работу. Дорога туда прошла без приключений и даже без особых опозданий. Обратный путь дался тяжелее. Я совершенно не учел, что девиццо и "молодые иунуши" (С) из окрестных деревень именно в субботу, в выходной день совершают культпоходную вылазку на Октоберфест. Мало сказать, что в электричке негде было сесть. Еще до этого на платформе негде было встать. А потом с трудом вывалился из поезда и оставшуюся часть дня выдыхал втянутые пассивно за время поездки сивушные дары, а из ушей вытряхивал застрявший там уровень местной громкости, ибо ребятки начали праздновать еще перед выездом из дому и активно продолжали в пути.

Населения в городе 1,2 миллиона. Гостей Октоберфеста, мне по радио сказали, ожидают в этом году 4,5 миллиона. Если принять приблизительно, что половина местных посетит праздник жизни, то простой подсчет показывает: сейчас в городе 3,9 миллиона гостей. И их большинство - действительно подавляющее. Я, во всяком случае, подавлен как тот поросенок в "Алисе".

* * *

Об окружающем и предстоящем еще неделю кошмаре вчера на 2 часа помог забыть концерт Jacques Loussier Trio. Все было посвящено 50-летию трио, играли только Баха, частично с серьезными дядями / тетями из Bach Kollegium Muenchen. Сидел, наслаждаясь, вспоминал попутно, как услышал Жака Лусье впервые.

Был несколько лет назад концерт Brubeck meets Loussier. Я, собственно, рванул на Брубека, о существовании Жака, по редкостной темноте своей, тогда не подозревал. Думал, дали кого-то там в нагрузку. Понятие нагрузки к концерту у меня с давних лет связалось с бессмертным спектаклем - оперой "Иоланта" в Харьковском оперном (тогда еще в старом здании). "Иоланту" дали в нагрузку к "Машине времени" в 79 году. 17-летнюю хрупкую слепую сильфиду играла 55-летняя корпулентная народная блондинко с двойным, как у ветерана революции, именем Морозова-Тарасова. Мы с любимой девушкой до неприличия хохотались всю оперу, вышли с окончательно утомленными мышцами животов.

То, что Жак - не нагрузка, а еще непонятно, кого тут надо ставить на первое место, стало тогда ясно с первого звука, когда эти две седые головы склонились каждая над своим роялем. Кстати, играли они тогда, конечно, не обработки классики, которыми занимается Лусье, а просто всякие стандарды и эвергрины, приятные уху бюргера. Потом он еще сыграл пару своих баховских вещей с трио, и я понял, что на него надо ходить, купил дисков...

А вот вчера он просто зажег. Признаюсь честно - когда первый баховский концерт играл Коллегиум без Жака, я немножко задремал - после рабочего дня всежки... Но уж когда он появился, прошествовал к роялю устало-разболтанной шаркающей и не кавалерийской походкой, сутулый, сел, руки приложил... О-о, что только тут началось!

Никакие описания не годятся, могу только сказать, чем закончилось - стоящим в продолжение 15 минут беснующимся залом, дружно топающим ногами. И недаром - одного биса таки добились. А украшением и центром всего стала сыгранная вне программы "Пастораль" c-moll - живой поток пульсирующей, горячей, молодой крови навыхлест.

* * *

Были на недавних выходных в гостях. Хозяева были милы и прекрасны. Наблюдая в течение вечера за одним из гостей, лишний раз убедился в давно открытой мной истине: воспитанность и такт - понятия дискретные, а не аналоговые. То есть не бывает более или менее воспитанных людей. Бывают воспитанные - и не. Тактичные - и ни разу. Только ноль или единица.

И это совершенно не зависит от того, кухаркин ли, дворничихин ли ты сын - или сын знаменитого мехматовского профессора и зав. кафедрой, любимого и ценимого несколькими поколениями студентов (моим в том числе).

Кстати, одним из самых воспитанных и истинно интеллигентных людей, встреченных мной в жизни, была как раз дворничиха (в Харькове тогда говорили - "дворничка"). Звали ее Нина Долгополова. Дворничила она в нашем дворе на Данилевского, а ходила со мной в один класс. Именно так - взрослая тетка, думаю, уже за 30, ходила вместе с нами в первый-второй класс, и точно так же, как мы, училась писать и читать по складам. Видно, детство пришлось на войну, и учиться было некогда. Настолько была приятным, сдержанным и тактичным чеповеком, что помню ее вот уже 40 лет, и даже имя осталось.

* * *

А еще вчера город подарил изумительную картинку из серии "ну почему ж фотоаппарата под рукой нет?!". Шла навстречу пара, от которой глаза просто не отлипали: высокий бело-розовокожий мужик с совершенно белой копной-короной волос, а с ним - молодая негритянка эбонитовой спелости, с пружинистой россыпью абсолютно черных дредлов. Блин, какая ж фотография пропала!.. Пусть хоть тут слепок останется.

Осень.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments